Когда султан Селим I, по прозвищу Явуз (yavuz — грозный), вернулся из Египетского похода (1517), среди его трофеев оказались священные реликвии из сокровищниц государства мамлюков, халифата Аббасидов и эмирата Хиджаз. Новоявленный халиф и слуга Харамайна (двух святых городов – Мекки и Медины) разместил все святыни во дворце Топкапы и ввел в обиход новую торжественную церемонию. Каждый год, на 15 день священного праздника Рамазан, мантию (Hırka-i Şerif), принадлежащую Пророку Мухаммеду (да благословит его Аллах и приветствует!) доставали из богато украшенного сандыка (sandık – короб, ковчег) и благоговейно целовали вслед за султаном его везиры и другие высокопоставленные лица. При подготовке к празднику этот золотой ковчег переносили в Ереванский павильон, поскольку в помещении (получившем название павильон Священной Мантии), где он хранился, устраивали генеральную уборку: чистили и мыли стены розовой водой, полировали колонны, а воздух ароматизировали благовониями ладана из мускуса и алоэ. Затем сандык снова приносили обратно 15 служителей, читающих при этом молитвы.

В день праздника сановники, духовенство и командиры янычаров с конной стражей собирались у ворот Баб-юс Салам, соединяющих второй и третий двор Топкапы. Когда великому везиру сообщали, что шейх-уль-ислам (великий муфтий) прибыл к Айя-Софии, он присоединялся к ждущим у ворот и следовал вместе с ними на полуденную молитву. Султан молился в собственных апартаментах. После молитвы все возвращались во дворец и следовали за султаном в павильон Священной Мантии. Пока хафыз (hafız — мусульманин, знающий Коран наизусть и прочувствовавший его сердцем) декламировал священную книгу, султан открывал одним золотом ключом сандык и доставал оттуда золотую шкатулку, обернутую в семь слоев зеленого бархата с серебряной вышивкой. В шкатулке, для которой имелся еще один золотой ключ, хранилась сама Священная Мантия, в свою очередь, завернутая в семь слоев дорогой ткани. Длина этого одеяния с широкими рукавами, сделанного из черной шерсти, 124 см. Султан целовал реликвию, касался ее лицом, подносил к глазам и просил Пророка о заступничестве. Затем по сигналу султана подобную процедуру выполняли шейх-уль-ислам, великий везир и остальные сановники. Далее наставал черед женщин из дворца (жен, дочерей, наложниц и т.д.), которых возглавляла мать правящего султана – Валиде Султан. Целовали не саму Мантию, а платок из тонкого прозрачного муслина (destimal-ı şerif), который клали поверх нее. Раздавал эти платки специальный человек – тюльбент-агасы (tülbent ağası – ага муслина).

Столетиями из года в год выполнялась эта церемония. Более того, день за днем, 24 часа в сутки в павильоне Священной Мантии постоянно читали Коран. Во времена правления Селима Явуза, сам султан был сороковым из сорока чтецов, кто помнил эту священную книгу наизусть. Славную традицию в павильоне возродили в октябре 1996 года. Со Священной Мантией связана одна легенда. Как известно, поначалу народ отнесся к Пророку Мухаммеду с недоверием. Среди его оппонентов был и один поэт по имени Кааб. После завоевания Мекки он долго скрывался, но был наставлен на путь истинный своим братом и раскаялся. Переодевшись, Кааб тайно прибыл в Медину. Встретившись с Пророком, поэт спросил его, может ли человек, раскаявшийся в своих ошибках и принявший веру, быть прощен. Получив утвердительный ответ, он воскликнул: «Даже Кааб ибн Зюхайр?» Когда Пророк подтвердил и это, он открылся перед ним и стал читать поэму Kasida-ı Burda («Ода Мантии»). В награду Посланник Божий снял свою Мантию и надел ее на плечи Кааба. Каллиграфия из этой поэмы украшает изникские изразцы XVI века в павильоне Священной Мантии. Основатель династии Омейядов, халиф Муавийа ибн Абу Суфьян смог купить Мантию только у наследников поэта, заплатив за нее 20 тыс. драхм серебром. От Омейядов реликвия перешла к Аббасидам и т.д.

Comments on this entry are closed.